Несмотря на позднее время, а стрелки часов приближались уже к одиннадцати, в этот вечер, 21 ноября 2005 года, Виталий Анатольевич Раевский возвращался домой без обычного чувства тревоги. Так уж сложилась его судьба профессионального военного, что в связи с очевидной ее непредсказуемостью он привык, в первую очередь, думать не о себе: здесь и стремление облегчить тяготы своих близких, и, конечно же, выполнение основной обязанности для любого командира – заботиться о подчиненных. Это сегодня они воздают ему сторицей в своих, может и изложенных не совсем литературным стилем, с укоренившимися еще со школьной поры ошибками, воспоминаниях, которыми пестрят интернетовские сайты. А тогда, в 80-х годах прошлого столетия, он и не мог предполагать об этом, а лишь служил государству и думал о том, как в условиях, которые уже нельзя считать учебно-боевыми, хотя война официально и не объявлена, минимизировать неизбежные боевые утраты.

Однако в этот, может быть один из последних в уходящем году по-осеннему непривычно теплых вечеров, у него на душе было на удивление спокойно. Он – генерал-майор запаса, а под ногами все-таки родная земля, защите которой им отданы лучшие годы жизни. И теперь новому поколению, которое она успела взрастить за не совсем поддающееся пониманию время, нужно уже в изменившихся условиях доказывать неслучайность места своего происхождения, наследуя обязанности по защите Отечества, а значит – и его. А поэтому ничто уже не сможет помешать установленному природой механизму поведения человеческого организма: ни пронзительный звонок полевого телефона, ни только что призванный на срочную службу, и оттого оробевший посыльный не прервут его крепкого сна.  И даже открытая настежь дверь подъезда его дома, за которой обычно внимательно наблюдал заботливый консьерж, не насторожила наследника знаменитой фамилии Раевских… 

Действительно, позади более тридцати лет военной службы, отданных во имя Отечества, обеспечения его обороны, защиты суверенитета, территориальной целостности и неприкосновенности. При этом признанием его боевых заслуг стали не только официальные звания и награды: генеральские “звезды” на погонах, семь орденов, 30 медалей, именное огнестрельное оружие. Не менее важным для бывшего командира 56-ой отдельной десантно-штурмовой бригады 40-ой “афганской” армии является степень уважения со стороны всех тех, кого породнили знойное небо и суровая земля Афганистана, вплоть до бывшего солдата.

Чтобы не быть голословным, стоит лишь привести без комментариев отдельные строки, которые были взяты без правок, за исключением некоторых грамматических ошибок, со страниц форума первого попавшегося  Интернет-сайта www.desantura.ru:

– Как фамилия кэпа до Никифорова, забыл…

– Раевский. О нем легенды ходили…

– Раевский. Соответствовал своей фамилии на все 100%.

– Комбриг 56 одшбр? 

– Это Афган? Не помню точно, но там он вроде как командовал бригадой. Могу уточнить, если надо. В Союзе, в полку, Раевский был всегда одет с иголочки, даже на учениях всегда гладко выбрит, выглажен и благородно спокоен. Короче фамилию на все 100 оправдывал. В Афгане Раевский как и положено десантуре – небритый, грязный (ну, на боевых, естественно). По Афгану скажу, о нем хорошо отзывалось командование 40…

Буквально недавно была приостановлена и государственная служба Виталия Анатольевича. 14 ноября 2005 года заместитель Председателя Государственного комитета Украины по делам ветеранов В.А. Раевский был уволен указом Президента Украины с этой должности в связи с  ликвидацией Комитета. Так уж получилось, что не устоял Государственный комитет Украины по делам ветеранов заодно с Национальным координационным центром адаптации военнослужащих, уволенных в запас или отставку, и конверсии военных объектов в противостоянии со сторонниками административной реформы. Возможно, что некоторые профильные министры придерживаются мнения, что все проблемы социальной защиты уволенных в запас военнослужащих и других категорий ветеранов уже решены, а поэтому помощь им со стороны государства не требуется. Вероятно, что именно поэтому и не дрогнула рука как автора представления о ликвидации этих центральных органов исполнительной власти в установленном Конституцией Украины порядке, так и автора соответствующего этому представлению нормативно-правового акта.

В тоже время проблемы в сфере социальной защиты ветеранов, как считает Виталий Анатольевич, возникают гораздо быстрее, чем решаются. Взять хотя бы вопиющую несправедливость, о которой поведали недавно ветераны “карибского кризиса” 1962-1963 годов. Правовая коллизия, которая их затронула, как раз и свидетельствует об отсутствии в государстве взвешенной политики, направленной на поддержку наиболее незащищенных категорий граждан. А теперь представьте  себе, что целому контингенту бывших военнослужащих, которых в 1962 году, ни словом не обмолвившись, переодели в гражданскую форму, разместили в душных трюмах кораблей, скрытно переправили через океан, высадили на блокированном  американцами острове, сегодня говорят, что для получения статуса участника боевых действий недостаточно командировки в государство, в котором велись эти боевые действия. Вот мы создали во исполнение постановления Кабинета Министров соответствующие комиссии, которым и докажите, что, несмотря на требования приказа Министра обороны бывшего СССР о вручении грамоты воину-интернационалисту и телеграммы Министра обороны Украины, которая в Министерстве юстиции Украины не зарегистрирована, вы участвовали в боевых действиях. (Кстати, такая же участь постигла и участников событий в Чехословакии в 1968 году.)

Парадокс заключается не только в том, что гражданские моряки, которые переправляли этот контингент в 1962 году и возвращали его назад, получили статус участников боевых действий, так как “участвовали в боевом обеспечении войск”! Еще более озадачивает, как и ветеранов, так и юристов, правовое регулирование современных “миротворческих операций”. Например, сегодня  в “горячие точки” военнослужащих направляют в добровольном порядке, и находятся они не совсем в бескорыстных, скажем так, правоотношениях с государством. Несмотря на это, для получения статуса участника боевых действий “миротворцам” достаточно наличия приказа о командировке, а чем они там на самом деле занимались, названные комиссии уже не интересует…

…Таким образом, в оставленные открытыми двери подъезда дома на Харьковском массиве города Киева входил человек, уже не обремененный обязанностями государственной или военной службы. Хотя нельзя сказать, чтобы Виталий Анатольевич остался не у дел, ведь разрешение проблем социальной защиты военнослужащих, ветеранов войны и военной службы, а также приравненных до них категорий граждан по-прежнему входит в круг его обязанностей. Сегодня он является вице-президентом Украинского фонда социальных гарантий военнослужащих и ветеранов Вооруженных Сил.

Вот и этот день был посвящен рабочей поездке в Житомир. Ее целью являлось изучение вопроса о возврате религиозным организациям в соответствии с действующим законом и рядом подзаконных актов  культовых сооружений и имущества, которые используются не по назначению воинскими частями. Во время беседы с журналистами ему был задан, в том числе, и вопрос о политических симпатиях. На что Виталий Анатольевич ответил в том духе, что он сторонник порядка в обществе, при котором каждому человеку и гражданину гарантируется право свободно реализовать свой выбор, не нарушая при этом права и свободы других граждан. А потому, на его взгляд, в настоящее время такая позиция ассоциируется более всего с программой политической партии “Регионы Украины”, как и, между прочим, с нормой статьи 23 Конституции Украины.

“Оказывается, создать правительство совсем не сложно, – писал в 1789 году в “Размышлениях о революции во Франции” Эдмунд Берк, – достаточно определить его местонахождение, обучить народ покорности – и дело сделано. Дать свободу еще легче. Для этого достаточно отпустить поводья. Но создать свободное государство, то есть регулировать противоположные элементы свободы и сдерживания – это требует размышлений, твердого, сильного, всеобъемлющего разума”. И в самом деле, разве можно говорить об обеспечении свободы в государстве, если при этом в нем отсутствуют механизмы сдерживания для всех без исключения, что и называется порядком, наличие которого является гарантией всеобщей свободы. Вот именно элементов сдерживания, вероятно, и не увидел Раевский ровно год назад на Майдане. Кстати, для тех, кто не разделяет взгляды Виталия Анатольевича, будет небезынтересно проанализировать ситуацию, которая была характерна для Украины в эти дни – многих лишь интересовало, а будет ли День Свободы 22 ноября выходным?

…Подходя к лифту, Раевский услышал сзади шаги, которым в тот момент не придал большого значения: возвращается консьерж – мелькнула в голове мысль. Внезапные удары сзади по голове и в правый плечевой сустав оказались для него неожиданными – в течение многих лет он предпочитал смотреть смерти в лицо и поэтому выжил. 

“Любой человек не является свободным, причиняя зло”, – говорили члены Якобинского клуба во Франции, встречаясь в спортивном зале. И продолжали: “Противодействуя ему означает освобождать его (от зла)”. Прибытие на место преступления сотрудников вооруженного органа исполнительной власти в лице Дарницкого районного управления Главного управления Министерства внутренних дел Украины в городе Киеве показало, что смысл понятия  “свобода” проигнорирован не только преступниками, причинившими зло, но и не в полной мере ясен тем, кто обязан, согласно закону, от этого зла их освобождать. Хотя, судя по содержанию одного из плакатов в служебном помещении по ул. Кошица, 3, должно просматриваться наличие отдельных уз “партнерства” с народом.

Как предписывает норма части второй статьи 19 Конституции Украины, органы государственной власти, их должностные лица обязаны действовать лишь на основе, в границах полномочий и способом, которые предусмотрены Конституцией и законами Украины. В соответствии со статьей 4 Уголовно-процессуального кодекса Украины суд, прокурор, следователь, орган дознания обязаны в границах своей компетенции возбудить уголовное дело в каждом случае выявления признаков преступления, принять все необходимые законом меры для установления события преступления, лиц, виновных в совершении преступления, и их наказания. Все признаки свидетельствовали о совершении именно тяжкого преступления – нападения с применением насилия, опасного для  жизни и здоровья потерпевшего, которое завершилось присвоением его имущества, что на основании статьи 187 Уголовного кодекса Украины квалифицируется как разбой. Несмотря на это, сотрудник милиции, бодро составив протокол, предложил рассматривать случившееся как … обоюдную драку.

“Там, где прекращается власть законов и сила защитников их, там не может быть ни безопасности, ни свободы”, – предупреждал граждан Женевской республики Ж.-Ж. Руссо. Говоря о преимуществах общественного договора, заключение которого между людьми приводит к созданию государства и способствует прекращению “войны всех против всех”, характерной для естественного состояния, Руссо считал: “Верно, что все должны сражаться, если это необходимо, за Отечество, но зато никто не должен никогда сражаться за самого себя”. Виталий Анатольевич поступал всегда так, как указано в первой половине этого предложения. И даже происшедшее в подъезде его дома в тот злополучный ноябрьский вечер косвенно подтверждает это. Жаль, например, что сотрудники нашей милиции не успевают отслеживать новинки современного кинематографа: может быть, тогда бы они поступили иначе, нежели в приведенном эпизоде. Ведь практически невозможно оспорить одну из рецензий на новый фильм Федора Бондарчука “9 рота”, которая появилась от непосредственного участника событий, экранизированных в фильме, на сайте www.ruskino.ru: “И выходя к концу учебки на “деревянный” дембель, мы были готовы глотку рвать любому за ВДВ. Дух ВДВ — это тельник на груди! Это кольцо РГД на правый клык! Это за дедушку Маргелова! Это берет на затылке на одном честном слове! Это пятьсот один, пятьсот два, пятьсот три, купол!”

Архивные материалы не свидетельствуют о родственных связях героя Отечественной войны 1812 года генерала Николая Раевского с генералом Виталием Раевским. Хотя между ними существует, и подтверждение этому можно найти не только в этой статье, но и за ее пределами, иная и зримая нить, которой суждено соединять всех защитников Отечества, его безопасности и свободы граждан. К сожалению, а это стоит признать, что именно в этой наследственности некоторыми согражданами в последние годы было потеряно одно из важнейших звеньев. Выясняется, что в то время, когда Раевский сражался за безопасность всех, не все, но определенная часть общества научилась сражаться лишь за самих себя. Речь, конечно, даже не идет о тех, кто, совершая злодеяние в отношении себе подобных, утрачивал звание свободного человека еще до приговора суда, в момент совершения преступления. Однако если гражданин добровольно слагает с себя свои обязанности перед обществом, чем уменьшает степень защищенности других, то не равносильно ли это сложению им и прав свободного гражданина?